Сергей МАСЛЕНИЦА: Чеченский бандитизм: почему и что делать

15 марта, 2017

Две Чеченские войны остались в недавнем прошлом. Вроде бы… Но чеченский бандитизм и шире, бандитизм инородческий, выражено антирусский, в общем, никуда не делись – лишь несколько отступили с новостных лент информационных агентств, - их велено не замечать.

Проблема имеет глубокие корни – и исторические, и культурные, и социальные. Но решать ее надо. И, по возможности, скоро и кардинально.

Да, с точки зрения высокой европейской цивилизации, с той стороны животная дикость. Но отчего мы позволяем этой дикости брать верх – ведь нас же в разы больше? И что сделать, чтобы эту дикость превозмочь?

Этой теме посвящены записки Сергея Масленицы. Материал жесткий, страшный. Но иного лекарства нет!

Они делают с нами лишь то, что мы сами позволяем с собой делать

Был такой простой русский парень, Сергей Масленица, родившийся 6 мая 1972 года и выросший в Чечне, в станице Шелковской, в семье терских казаков и потомственных военных. Его прадед в первую мировую войну заслужил от царя именную саблю за храбрость, дед погиб в 1944 году в Белоруссии, став посмертно Героем Советского Союза, отец получил наградной пистолет в 1968 году за Чехословакию, старший брат погиб в Афганистане. Сергей ходил в детский сад с детьми вайнахов, учился в школе с чеченцами, не раз дрался с ними еще ребенком. Он с детства не мыслил для себя никакой другой карьеры, кроме карьеры военного.

А потом грянул 1991 год: в Чечне началась резня русского населения. Родители Сергея, а так же большинство его родственников погибли в той чудовищной резне, что учинили нохчи. В это время Сергей учился в рязанском воздушно-десантном училище и помочь им не смог. А затем, по окончании училища, он вернулся на родину — мстить. Пройдя обе чеченские кампании, получая ранения и высшие военные награды Российской Федерации, четыре раза он лежал в госпитале. В 2001 году ранение было очень серьезным, он заслонил своего бойца от пули, и эта пуля попала ему возле сердца.

После суда над Ульманом и его бойцами написал весьма хамский рапорт, назвав Путина "говнокомандующим" и ушел в запас, предварительно сдав все свои награды.

После службы активно и успешно занимался строительным бизнесом, перечисляя часть заработанного семьям погибших офицеров–спецназовцев. Параллельно занимался с "проблемными" подростками, наркоманами, беспризорниками, Снимая их с иглы, бутылки, занимаясь с ними спортом, обучал их русской истории, языку, ходил с ними в горы, считая это важнейшим делом своей жизни.

1 сентября 2010 года Сергей с супругой ехали по федеральной трассе, когда перед ними произошло ДТП, в результате которого одна из машин перевернулась и загорелась. Когда, вытащив двух пассажиров, он вернулся за третьим, перевернутый автомобиль взорвался.

У него было очень много друзей, на погребальную тризну приехали больше 500 человек. Приехали даже чеченцы, и вручили его сыну саблю чеченского амира.

Ниже публикуются воспоминания Сергея Масленицы о его жизни и войне.

«В 1991-1992 гг (еще до первой войны) в Чечне были вырезаны ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ русских.

В станице Шелковской весной 1992 г. "чеченской милицией" у русского населения было изъято все охотничье оружие, а через неделю в безоружную станицу пришли боевики. Они занимались переоформлением недвижимости. Причем для этого была разработана целая система знаков. Человеческие кишки, намотанные на забор, означали: хозяина больше нет, в доме только женщины, готовые к "любви". Женские тела, насаженные на тот же забор: дом свободен, можно заселяться. Поэтому, я и те, кто воевал со мной рядом — менее всего думали о "мелкособственнических интересах". Мы думали совсем о другом.

Я родился и вырос в Чечне, точнее в станице Шелковской Шелковского района Чечено-Ингушской АССР. С раннего детства пришлось пересекаться с вайнахами. И уже тогда меня поразило, насколько они сильнее нас духом. В детском саду между русскими и вайнахскими детьми постоянно происходили драки, по итогам которых вызывали родителей. Причём с «русской» стороны всегда приходила мамочка, которая начинала выговаривать своему сыночку: «Ну что же ты, Васенька (Коленька, Петенька) дерёшься? Драться нельзя! Это нехорошо!» А с «вайнахской» стороны всегда приходил отец. Он давал сыну подзатыльник, и начинал на него орать: «Как ты, джяляб, посмел проиграть бой вонючему русскому — сыну алкоголика и проститутки?! Чтобы завтра же отлупил его так, чтобы он потом всегда от страха срался!».

В школе редкий день обходился без драк, причём драться мне практически всегда приходилось в меньшинстве. И это при том, что в моём классе на пять вайнахов было пятнадцать славян. И пока я один отмахивался от пятерых, остальные четырнадцать «гордых росичей» в это время внимательно разглядывали свои ботинки.

(В принципе, если вы пользуетесь общественным транспортом, то подобную картину должны были наблюдать неоднократно: один дебошир к кому-нибудь пристаёт, а полсалона мужиков в этот момент всенепременно начинают интересоваться собственной обувью).

На нас постоянно производилось психологическое давление, постоянно «щупали на слабину». Чуть прогнёшься — всё, конец: опустят так, что уже не поднимешься.

Однажды меня после школы подкараулили вайнахи старшеклассники. В драке я разбил одному из них голову водопроводной трубой. Остальные прекратили бой и утащили своего подранка. На следующий день в классе ко мне подошли незнакомые вайнахи и забили стрелку, объявив, что будем биться на ножах — насмерть. Я пришёл, а их там человек пятнадцать, и все — взрослые мужики. Думаю — всё, сейчас зарежут. Но они оценили, что я не испугался и пришёл один, поэтому выставили одного бойца. Мне дали нож, а чеченец вышел без оружия. Тогда я тоже свой бросил, и мы рубились голыми руками. По итогам этой драки я попал в больницу с переломами, но когда вышел — меня встретил отец того парня, которому я разбил трубой башку. Он мне сказал: «Я вижу, что ты воин, и не боишься смерти. Будь гостем в моём доме». После этого мы долго с ним беседовали. Он рассказывал мне про адаты (чеченские родовые обычаи), про воспитание, превращающее чеченских мальчиков в бойцов, про то, что мы, русские [email protected], оторвались от своих корней, перестали слушать своих стариков, спились, выродились в толпу трусливых баранов и перестали быть народом.

Вот с этого самого момента и началось моё «переобувание» или, если угодно, становление.

Потом настали «весёлые времена». Русских начали резать на улицах средь бела дня. На моих глазах в очереди за хлебом одного русского парня окружили вайнахи, один из которых плюнул на пол и предложил русскому слизать плевок с пола. Когда тот отказался, ему ножом вспороли живот. В параллельный класс прямо во время урока ворвались чеченцы, выбрали трёх самых симпатичных русских старшеклассниц и уволокли с собой. Потом мы узнали, что девчонки были вручены в качестве подарка на день рожденья местному чеченскому авторитету.

А затем стало совсем весело. В станицу пришли боевики и стали зачищать её от русских. По ночам иногда были слышны крики людей, которых насилуют и режут в собственном доме. И им никто не приходил на помощь. Каждый был сам за себя, все тряслись от страха, а некоторые умудрялись подводить под это дело идеологическую базу, мол, «мой дом — моя крепость» (да, уважаемые, эту фразу я услышал именно тогда. Человека, который её произнёс, уже нет в живых — его кишки вайнахи намотали на забор его же собственного дома).

Я видел колонны автобусов, к которым из-за смрада нельзя было подойти на сто метров, потому что они были набиты телами зарезанных русских. Я видел женщин, ровненько распиленных вдоль бензопилой, детишек, насаженных на столбы от дорожных знаков, художественно намотанные на забор кишки. И это был 1992 год — до «первой чеченской» оставалось ещё два с половиной года.

Вот так нас, трусливых и глупых, вырезали поодиночке. Десятки тысяч русских были убиты, несколько тысяч попали в рабство и чеченские гаремы, сотни тысяч сбежали из Чечни в одних трусах.

Так вайнахи решили «русский вопрос» в отдельно взятой республике.

И удалось им это только потому, что мы были ничтожествами, полным дерьмом. Мы и сейчас дерьмо, правда уже не такое жидкое — среди дерьма начали попадаться стальные крупинки. И когда эти крупинки собираются вместе — происходят кондопоги. Их пока немного, но вайнахи — молодцы. Настоящие санитары леса. В результате их культурно-просветительской миссии в России русские бараны снова становятся людьми.

Вообще, тем, кто по жизни пересекался с чеченцами, есть за что их ненавидеть. А после такого их есть за что ненавидеть и тем, кто с ними не пересекался.

Есть ролик снятый боевиками в 1999 г. во время вторжения группировки Басаева в Дагестан. На пути группировки находился наш блок-пост, личный состав которого, увидев боевиков, обосрался от страха и сдался в плен. У наших военнослужащих была возможность умереть по-мужски, в бою. Они этого не захотели, и в результате были зарезаны как бараны. И если вы посмотрели ролик внимательно, то должны были заметить, что руки связаны только у одного, которого зарезали последним. Остальным судьба предоставила ещё один шанс умереть по-людски. Любой из них мог встать и сделать последнее в своей жизни резкое движение — если не вцепиться во врага зубами, то хотя бы принять нож или автоматную очередь на грудь, стоя. Но они, видя, слыша, и чувствуя, что рядом режут их товарища, и, зная, что их зарежут тоже, всё равно предпочли баранью смерть.

Это «один в один» ситуация с русскими в Чечне. Там мы вели себя точно так же. И нас точно так же вырезали.

Во время первой чеченской были захвачены видеозаписи, как развлекались с русскими женщинами несовершеннолетние вайнахи. Они ставили женщин на четвереньки и метали ножи как в мишень, стараясь попасть во влагалище. Все это снималось на видео и комментировалось.

Я, кстати, каждому молодому пополнению в своём взводе, а потом в роте, обязательно показывал трофейные чеченские ролики. Мои бойцы посмотрели и на пытки, и на вспарывание живота, и на отпиливание головы ножовкой. Внимательно посмотрели. После этого ни одному из них и в голову не могло прийти сдаться в плен.

Там же, на войне, судьба свела меня с одним евреем — Львом Яковлевичем Рохлиным. Первоначально наше участие в новогоднем штурме не предполагалось. Но когда была потеряна связь со 131-й мсбр и 81-м мсп, нас бросили на помощь. Мы прорвались в расположение 8 АК, которым командовал генерал Рохлин, и прибыли к нему в штаб. Тогда я впервые увидел его лично. И он мне с первого взгляда как-то не показался: сгорбленный, простуженный, в треснутых очках... Не генерал, а какой-то усталый агроном.

Он поставил нам задачу — собрать разрозненные остатки майкопской бригады и 81-го полка и вывести их к пвд рохлинского разведбата. Этим мы и занимались — собирали по подвалам обоссавшееся от страха мясо и выводили в расположение рохлинских разведчиков. Всего набралось около двух рот. Поначалу Рохлин не хотел их использовать, но когда все остальные группировки отступили — 8 АК остался один в оперативном окружении в центре города. Против всех боевиков! И тогда Рохлин выстроил это "воинство" напротив строя своих бойцов и обратился к ним с речью. Эту речь я не забуду никогда.

Самыми ласковыми выражениями генерала были: "сраные мартышки" и "[email protected]". В конце он сказал: "Боевики превосходят нас в численности в пятнадцать раз. И помощи нам ждать неоткуда. И если нам суждено здесь лечь — пусть каждого из нас найдут под кучей вражеских трупов. Давайте покажем, как умеют умирать русские бойцы и русские генералы! Не подведите, сынки...". (Льва Яковлевича давно нет в живых — с ним разобрались. Одним евреем меньше, не правда ли?).

А дальше был страшный, жуткий бой, в котором из моего взвода в 19 человек в живых осталось шестеро. И когда чеченцы прорвались в расположение и дело дошло до гранат, и мы поняли, что нам всем приходит конец — я увидел настоящих русских людей. Страха уже не было. Была какая-то весёлая злость, отрешённость от всего. В голове была одна мысль: «батя» просил не подвести». Раненые сами бинтовались, сами обкалывались промедолом и продолжали бой.

Затем мы с вайнахами сошлись в рукопашной. И они побежали. Это был переломный момент боя за Грозный. Это было противостояние двух характеров — кавказского и русского, и наш оказался твёрже. Именно в тот момент я понял, что мы это можем. Этот твёрдый стержень в нас есть, его нужно только очистить от налипшего говна. В рукопашной мы взяли пленных. Глядя на нас, они даже не скулили — они выли от ужаса. А потом нам зачитали радиоперехват — по радиосетям боевиков прошёл приказ Дудаева: «разведчиков из 8АК и спецназ ВДВ в плен не брать и не пытать, а сразу добивать и хоронить как воинов». Мы очень гордились этим приказом.

С тех пор я наблюдаю и стараюсь брать на заметку всплески русского характера.

Слава Богу русские 2009 г. кардинально отличаются от русских 1991-го. В 91-м году в ст. Шелковской один вооруженный чеченец перебил больше сотни русских — ходил от дома к дому, спокойно перезаряжался, стрелял. И никто не посмел сопротивляться. А всего через 15 лет в Кондопоге, Твери и Ставрополе чечены жестоко обломались.

Динамика изменения, в принципе, приятная, но до полного переобувания русских на правильное ещё очень и очень далеко. Ни чеченцы, ни армяне, ни евреи, в сущности, не виноваты. Они делают с нами лишь то, что мы сами позволяем с собой делать.

Будь русские мужчинами — никаких войск и не понадобилось бы. Население Чечни к 1990 году составляло примерно 1,3-1,4 млн. человек, из которых русских — 600-700 тысяч. В Грозном — около 470 тысяч жителей, из них русских — не менее 300 тысяч. В исконно казачьих районах — Наурском, Шелковском и Надтеречном — русских было около 70%. Мы на своей собственной земле слили противнику, уступающему нам в численности в два-три раза.

А когда вводили войска — спасать было практически уже некого.

Задумайтесь над этим.

Кто отдал приказ воевать? И не говорите мне, что это сделал Ельцин-алкоголик. Все решения за него всегда принимались членами того самого организованного еврейского сообщества.

Ельцин — алкаш этого сделать не мог, а вот еврей Березовский с компанией вполне. Да и факты его сотрудничества с чеченцами общеизвестны.

Но это не оправдывает исполнителей. Оружие вайнахам раздавал не еврей Березовский, а русский Грачёв (между прочим — десантник, герой Афганистана).

Преступление же Ельцина не в том, что он ввёл войска в 1994-м, а в том, что он не сделал этого в 1991-м.

В январе 1995-го Егор Гайдар в составе большой делегации "правозащитников" (руководитель — С.А. Ковалёв) приехал в Грозный уговаривать наших солдатиков сдаваться чеченцам под свои личные гарантии. Причём Гайдар светился в тактическом эфире как бы ещё не интенсивнее Ковалёва.

Под "личные гарантии" Гайдара сдалось 72 человека. Впоследствии их изуродованные, со следами пыток, трупы, были найдены в районе консервного завода, Катаямы и пл. Минутка.

У этого Умного и Красивого руки в крови не по локоть, а по самые уши. Ему повезло — он сдох сам, без суда и казни. Но настанет момент, когда, в русских традициях, его гнилую требуху вынут из могилы, зарядят в пушку и выстрелят на запад — ОНО недостойно лежать в Нашей Земле.

Я благодарен чеченцам как учителям за преподанный урок. Они помогли мне увидеть моего истинного врага — трусливого барана, который прочно поселился в моей собственной голове».

Нравится

Тэги:  , , , , ,

Комментарии читателей (9)
  1. Без ума смелость мало чего стоит. О баране в голове сказано правильно, но не говорится о том, что человек должен в первую очередь понимать что он и зачем.

    Стрелков ведь тоже смело поступил. Не тогда когда в Москву сбежал, а вначале. Он наверно считал что сейчас всех победит и станет Героем, но вовремя всё понял и сбежал. И он остался жив и даже концерты даёт. Как это поведение ни осуждай но оно разумно. Он не стал гибнуть впустую ради того чего до сих пор не понимает даже говоря о нём на своих концертах. А те, кто его поддержал не сбежали и, многие, погибли. И мы можем уважать их за эту жертву но мы не сможем сказать для чего она была. Каждый из них это, возможно, понимал, но понимал по своему. А общего понимания как вначале не было так и нет до сих пор. И, в общем, получилось то, чего сейчас есть и даже сам Стрелков своим непониманием и поступком только подчеркивает это.

    Так что без понимания кто мы и зачем мы дальше драки на базаре не пойдём. А в худшем случае нас-дураков опять поведут на бойню с кем-то ради каких-то интересов Обам, Трампов, Ахметовых или Каломойских.

    • Игорь Копылов:

      Да, верно. Но смелому дураку можно что то объяснить. Наконец, управлять им. А вот трусу ничего уже не объяснишь — он трус и больше всего на свете ценит свою шкуру. И потому смелый дурак всё же, по моему, предпочтительнее любого труса — и умного, и глупого. У него есть шанс стать человеком. Ведь лдя мужчины умение постоять за себя есть ценность абсолютная, универсальная и внеидеологичная.

  2. Это вы подростков так цепляйте. Они кроме смелости и преданности лично ВАМ больше ничего доказать не смогут. С умом -то у них не очень.
    И они пойдут на любую стену, если конечно подобным образом их обработать. И да, они не станут задавать умных вопросов на которые у Вас нет ответов. Да, так Вам удобнее.
    Ну тогда с кем удобнее не дуракам, которых вы называете трусами?

  3. Ну так Вы не ответили с кем будет лучше остаться тем умным, которых Вы трусами называете?
    Ну и во-вторых. Пусть эти умные трусы свою смелость не предлагают. Это Вы верно заметили. Её и неумные многие тоже не очень спешат предложить если не понимают для чего. Но ведь её через край ещё три года назад было. Аж наружу попёрла как тесто из кастрюли. Но не решила она ничего, скорее наоборот.
    Так что я о том что тогда этой смелости ума-то и не хватило.

    • Игорь Копылов:

      Комментируя посты, я не имел в виду никого лично. Но считаю, что вы уводите тему в сторону. Ум понятие в основном врождённое. Он не приобретается ни образованием, ни воспитанием. Зато смелость есть качество исключительно воспитуемое. Если его не прививать, его не будет.
      В статье был конкретный рвссказ, о том, как чечены вырезали русских в бывших казачьих станицах, а русские не сопрпотивлялись. Не понимаю, при чём тут рассуждения об уме и глупости, когда война на твоём пороге? Автор статьи ведь ясно всё написал. Надо это знать, и воспитывать русских мальчиков мужчинами, способными за себя стоять. А пример сыновьям может дать только отец. Вот и вся мораль.
      Ещё моя покойная бабушка говорила: «от умного, да робкого — нету толка». И я с ней полностью согласен
      Поэтому и «Умным трусам» я не могу давать никаких советов. И не пониамю вашей озабоченности об этой категории граждан.

  4. А я и не полагал что мои разговоры будут восприняты как разговоры о гражданах РФ, ну или только об умных гражданах РФ. Я-то считал что говорю здесь о тех, кого считаю русскими. Получается , что я ошибся. Извините.
    Но мне казалось что проблемы есть как раз у других русских, у тех кого Вы называете смелыми. И что умные могут им помочь. Ну, на нет и суда нет.

  5. Юлий:

    Этот текст — фэйк. Гуляет по интернету лет десять. Не существует Сергея Масленицы, его отца-героя, деда-героя, он сам — ну супермен сказочный. А написан текст, чтоб еще раз оскорбить и унизить русских.

    • Игорь Копылов:

      Почему Вы уверены, что фейК? При всём своём русском национализме я не вижу в тексте ничего, что не было бы похожим на правду.





Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой:

НОВЫЕ ЗАПИСИ НА САЙТЕ
РАЗДЕЛЯЕШЬ ВЗГЛЯДЫ? ПОДДЕРЖИ!
Из Яндекс-кошелька
С карт VISA и MasterCard