Игорь КУЛЕБЯКИН: Крещение на пасху

27 августа, 2017

 

Пасха 1990 года стала для меня удивительным событием. Ночная служба в храме свв.   благоверных князей Бориса и Глеба (село Белкино, что рядом с наукоградом Обнинск), как и ожидалось, проходила не в тихой радости верующих, а в напряжённом противостоянии богомольцев пьяной и агрессивной толпе сельских жителей, пришедших поглазеть на крестный ход. Я был в числе немногочисленной добровольной «дружины», состоявшей из казаков и членов Российского христианского демократического движения – РХДД (в количестве двух «штук» - новоиспечённых депутатов обнинского городского Совета Валерия Жукалова и, собственно, меня). Вначале всё было относительно спокойно, на клиросе читали часы, храм потихоньку наполнялся верующими, пьяные «парубки» и их юные «дамы» пытались вести себя развязно и по-хозяйски, но жёстко отсекались «дружинниками» ещё на входе в церковь.

«Зрители» недовольно гудели, но отступали. До тех пор, пока их «критическая масса» не сравнялась с числом воцерковлённых людей. В середине службы пьяная орава молодого советского крестьянства вломилась в центр храма и, буквально, разметала молящихся. Гиканье, мат, шутки и прибаутки, смех и рукоприкладство по отношению ко всем недовольным «разметали» пасхальную службу в «клочья». Бесчинствующие смяли «дружинников» и рванулись в сторону алтаря, из которого выбежал сильно перепуганный священник Вячеслав Полосин и, буквально, заорал: «Православные!!! Да что же вы делаете?! В алтаре – престол Бога. Не святотатствуйте»!  Возникла короткая пауза, и охрана мгновенно закрыла снаружи на засов боковые ворота церкви (основной поток «штурмовиков» шёл через них), тем самым сбив «колебательный момент» «пьяного цунами», и встала цепью перед алтарём.

«Не в силе Бог, а в правде».

Хлипкая цепь выстояла против страшного напора матерящегося хамья и вынудила последних со всей яростью  ломиться в боковые ворота… Там был мой пост. Несколько человек снаружи телами закрыли ворота. Мне казалось, что связки не выдержат и вот-вот лопнут как перетянутые струны.  С той стороны выла и грозила лютой расправой «молодая поросль коммунистического завтра». Но, как известно, Бог поругаем не бывает. Постепенно бойцы «проклятьем заклеймённого» персонажа выдохлись и стали кучками выплёвываться через центральные ворота на улицу, где было уже по-утреннему прохладно. Прооравшиеся стаи «матершинников и крамольников» постепенно трезвели и успокаивались. Заново в храм пытались прорваться только наиболее мотивированные на скандал с «мракобесами» местные «хунвейбины». К счастью, таковых было мало. «Дружинники» с ними не церемонились.

В итоге, служба закончилась поздно. Домой я добрался где-то к пяти утра. Впрочем, к концу утренней службы мы с Валеркой Жукаловым снова были в храме.  Нам предстояло принять таинство Крещения и, наконец-то, родиться во Христе Иисусе, стать православными христианами. В церкви нас уже ждал крестный отец – Анищенко Глеб Александрович, главный редактор религиозно-философского журнала «Выбор» и газеты «Путь» (запрещённой Ельциным после расстрела Белого дома). Я не очень хорошо помню сам обряд Крещения, в памяти осталось благоговейное чувство от вхождения в алтарь, святая святых, который мы отстояли-таки той ночью от поругания бесоодержимыми согражданами. Порадовало и то, что вместе с нами крестилась семья Олега Александровича Иванькина, настоящего учёного, родового казака и очень светлого человека.

Кстати, на пасхальную ночную службу я попал почти случайно. Этому предшествовало два события. В конце марта в Обнинске, на квартире Г.А. Анищенко, состоялся тёплый междусобойчик хороших людей по поводу избрания четырёх членов Российского христианско- демократического движения (на тот момент ещё официально не зарегистрированного минюстом)  депутатами разных уровней. Присутствовали:  депутаты Верховного Совета РСФСР Виктор  Аксючиц и протоиерей Вячеслав Полосин, Г.А. Анищенко и его жена Олеся Запальская, дочь Олеси и два депутата Обнинского горсовета – Валера Жукалов и я. Мы с воодушевлением обсуждали прошедшую выборную кампанию. Вспоминали мотания по дальним районам Калужской области на «шестёрке» добровольного помощника отца Вячеслава, где агитировали за кандидата среди жителей деревень, маленьких городков и районных центров. Жители были не против нашего кандидата (правда, крестьянки чистосердечно признавались, что они не верующие и часто матерятся). Номенклатурные бонзы в то время вызывали у простых людей рвотный рефлекс, а «служитель культа», по их ожиданиям, должен был быть честным. В итоге, на выборах в верховный Совет РСФСР по нашему округу прошёл не кандидат от КПСС, а протоирей РПЦ.

Я вспоминал свою изматывающую кампанию. В моём избирательном округе было зарегистрировано пять кандидатов: председатель Обнинского суда Макаровский, начальник городского Управления рабочего снабжения Мальин, профсоюзный лидер научно-производственного гиганта «Технология» Кусков, начальник милиции общественной безопасности Обнинска майор Власов и я, рядовой инженер Физико-Энергетического института. За пару недель до выборов в многотиражной газете горкома КПСС «Вперёд» вышел «разгромный» материал по мою несчастную душу. Журналист Владимир Бойко посвятил целую полосу недостойному во всех отношениях Игорю Кулебякину, просветив, как рентгеном,  убогую душу жалкого противника коммунистического строя. И, тем самым, как бы задал избирателю риторический вопрос: за кого собираетесь голосовать, товарищи?

После выхода сего опуса я физически чувствовал себя оплёванным и гнусно оболганным. Казалось бы, шансов на победу не осталось вовсе. Тем не менее, 18 марта 1990 года, по результатам второго тура выборов в Обнинский городской Совет народных депутатов - я победил! Обойдя майора милиции Власова всего на 5 (пять) голосов. Бойко, кстати, тоже стал нардепом нашего любимого наукограда и позже извинялся перед оппозиционными депутатами за свои предвыборные статьи. Но передо мной лично (а именно по мне он нанёс основной информационный удар) Владимир Генрихович не извинился.

Душевный разговор «могучей кучки» московско-обнинских борцов с коммунистическим режимом продолжался долго, только сильно за полночь я вернулся домой. В процессе полезного общения друг с другом  Г.А. Анищенко настойчиво предлагал нам с В. Жукаловым принять таинство Крещения.

Вначале апреля в моей жизни произошло ещё одно важное событие. Глеб Александрович пригласил меня с Жукаловым на Учредительный съезд  РХДД. Разумеется, отказываться никто не стал. И, кажется, 7 апреля молодые обнинские нардепы прибыли на электричке в Москву, где в относительно небольшом зале какого-то ДК и произошло сие замечательное событие. Происходящее осело в памяти фрагментарно...

Запомнилось напоминание Глеба Александровича (или на съезде, или чуть позже) о необходимости креститься. Ведь негоже члену христианской организации пребывать в язычестве.  Собственно, после этого напоминания я и Жукалов «дозрели» до конкретики. Оценив нашу решимость, Анищенко сообщил: сразу после Пасхи будем креститься.

Так мы и дожили с Валерой до событий, изложенных в начале этих заметок…

Интересен итог. Все крещаемые в тот день разными путями и в разные сроки пришли к реальному воцерковлению, а вот с протоиереем Вячеславом Полосиным произошли редчайшие для Русской Православной Церкви метаморфозы. Он принял ислам с именем Али! И в настоящее время осуществляет свою религиозную деятельность  в рамках Совета муфтиев России. Переход Вячеслава Полосина в мюридизм вызвал у его бывших соратников сильный шок. А для меня это стало поводом для нешуточных сомнений: как быть с «легитимностью» моего Крещения? Не надо ли теперь «перекрещиваться»? Спасибо моему духовнику. Он успокоил. Священники – обычные люди. Далеко не все из них попадают в рай. Но вот священные таинства, совершаемые ими, творит Сам Бог. Батюшки – лишь инструменты в руках Господа… На том я и успокоился. Теперь живу спокойно. С Господом Иисусом Христом в сердце. А о бывшем православном священнике Вячеславе Полосине забыл напрочь. И больше о нём, наверное, никогда бы не вспоминал. Если бы не эти заметки…

 

 

 

Нравится
Комментарии читателей (1)
  1. Александр Дзиковицкий:

    Хорошо написал, Игорь! Молодец!